Гай Юлий Цезарь. Отрывки



ГАЙ ЮЛИЙ ЦЕЗАРЬ
(100-44 гг. до н.э.)

Цезарь (G. Iulius Caesar) - прежде всего политический деятель и искусный полководец {См., например, в учебнике "История древнего Рима" Н. А. Машкина.}; о нем не раз упоминает Маркс, который писал: "Цезарь делает ряд самых крупных военных ошибок, намеренно экстравагантных, для того, чтобы сбить с толку противостоящего ему филистера (Помпея)"; Помпей "как только пытается показать в борьбе против Цезаря свои таланты - ничтожество" {Письмо Ф. Энгельсу от 27 февраля 1861 г., Сочинения, т. XXIII, стр. 15.}.
Но Цезарь не только полководец, он был и писателем.
Среди бурь военных походов, "среди летающих стрел" Цезарь находил время заниматься даже вопросами латинского языка. Основное в литературном наследии Цезаря - "Записки о Галльской войне". Для успокоения общественного мнения Цезарь, прикрываясь кажущимся объективизмом, по существу пишет как бы апологию своих завоеваний в Галлии, показывая их необходимость для защиты интересов римского народа. Он выставляет себя гуманным, демократическим вождем, опытным полководцем, милостивым даже к врагам. Из других дошедших до нас, несомненно подлинных его произведений выделяются незаконченные "Записки о гражданской войне" (события 49-44 гг. до н. э.), написанные тоже с апологической целью - для продления себе власти проконсула. Этот литературный жанр не был новостью: его корни уходят в глубь эллинистической эпохи, но у Цезаря его "Записки" отличаются сюжетной законченностью и отделкой формы. Язык Цезаря диаметрально противоположен цветистому и периодизированному языку Цицерона; он прост и точен; Цезарь сознательно избегает эффектов.
Античные историки литературы мало ценили "Записки" Цезаря; они видели в них не историю, а только материал для истории. Даже тонко понимающий литературу ритор I в. н. э. Квинтилиан прежде всего видит в Цезаре исключительно талантливого оратора, а не историка. В своих произведениях Цезарь все речи передает в виде косвенных, за исключением крайне важных, как речь Критогната (см. стр. 336), и говорит о себе в третьем лице, этим подчеркивая якобы свой объективизм.
Образ Цезаря многократно привлекал к себе внимание западноевропейских писателей. Не говоря уже о средневековых хрониках, начиная с XVII в. мы встречаем произведения, касавшиеся его личности. Шекспир и Вольтер, Клопшток и Гердер, Шиллер и Шлегель, Ибсен и Бернард Шоу - все они с различных политических позиций освещали образ Цезаря.
Перевод "Записок" Юлия Цезаря - М. М. Покровского (изд. Академии наук СССР, 1948).


[ОСАДА ЛАГЕРЯ ЦИЦЕРОНА]
(КН. V, ГЛ. 44)
[Галлы, ответившие восстанием на оккупацию Цезарем их страны, осаждают лагери его легатов. Так, нервии осадили лагерь, которым командовал Квинт
Цицерон, брат знаменитого оратора. Начались ожесточенные схватки.]

В этом легионе было два очень храбрых человека, оба центуриона, с такими заслугами, что приближались к начальникам первого ранга: Тит Пулион и Люций Ворен. Между ними постоянно шел спор, кто из них лучше, и в течение многих лет как соперники они боролись за высшие места. Когда у укреплений шел очень горячий бой, первый из них, Пулион, говорит: "В чем дело, Ворен! Какого еще другого случая ждешь ты, чтобы доказать свою храбрость? Этот день рассудит все наши споры". С этими словами он выходит из укрепления и смело кидается туда, где толпа врагов была особенно густой. Но и Ворен не скрывается за валом: боясь плохого мнения о себе со стороны всех, он следует за ним. Когда между Пулионом и врагами был уже маленький промежуток, он бросает во врагов дротик и одного из толпы врагов убивает; когда тот пал бездыханным, галлы прикрывают его щитами и все бросают копья в своего врага, не давая ему возможности отступить. Щит Пулиона пробит, и копье вонзилось в перевязь меча. Этот случай повернул ножны в сторону, и когда Пулион попытался вытащить меч, то сделать это правой рукой он никак не мог, а враги стали окружать его, при полной его беспомощности. Тут на помощь своему противнику приходит Ворен и помогает ему, попавшему в затруднительное положение. Тогда вся толпа врагов тотчас от Пулиона обратилась на него: они считали, что Пулион убит копьем. Ворен вступает в рукопашный бой и, поразив одного, заставляет других немного отступить; но в то время как он наступает с слишком большою горячностью, он падает, попав ногою в рытвину. Ему, в свою очередь окруженному врагами, оказывает помощь Пулион. Таким образом, оба, перебив много врагов, с величайшей славой невредимыми вернулись назад в лагерь. Так и в этом споре, и в этой битве судьба играла ими обоими: каждый из них, будучи другому соперником, принес ему помощь и спасенье, так что нельзя было решить, кто же из них по доблести должен считаться выше.

Перевод С.П. Кондратьева


далее: РЕЧЬ КРИТОГНАТА >>

Гай Юлий Цезарь. Отрывки
   РЕЧЬ КРИТОГНАТА